Воскресенье, около шести вечера. Выходной ещё не закончился, а в груди уже появляется знакомая тяжесть: завтра снова туда. Вы моете посуду, отвечаете детям, смотрите сериал, и всё это время часть мыслей уже сидит на утренней планёрке. В понедельник вы паркуетесь у офиса и ещё десять минут не выходите из машины.
Со стороны всё выглядит прилично: стабильная зарплата, должность, коллеги, которых вы давно знаете. Жаловаться вроде бы не на что. Только радости от работы давно нет, а от слов руководителя «это ваша обязанность» или «кто, если не вы» хочется не работать лучше, а исчезнуть. Иногда проскакивает мысль «ненавижу свою работу», и вы сами пугаетесь её. Вечером открываете сайт с вакансиями, листаете пару минут и закрываете вкладку. Многие, когда наконец решаются сказать это вслух, называют своё состояние каторгой за зарплату.
Самое изматывающее здесь даже не сама работа, а то, что выхода не видно ни в одну сторону. Остаться невыносимо, а страх увольнения держит крепче любого трудового договора: вдруг не найду ничего лучше, вдруг подведу людей, вдруг окажется, что дело во мне.
Со стороны всё выглядит прилично: стабильная зарплата, должность, коллеги, которых вы давно знаете. Жаловаться вроде бы не на что. Только радости от работы давно нет, а от слов руководителя «это ваша обязанность» или «кто, если не вы» хочется не работать лучше, а исчезнуть. Иногда проскакивает мысль «ненавижу свою работу», и вы сами пугаетесь её. Вечером открываете сайт с вакансиями, листаете пару минут и закрываете вкладку. Многие, когда наконец решаются сказать это вслух, называют своё состояние каторгой за зарплату.
Самое изматывающее здесь даже не сама работа, а то, что выхода не видно ни в одну сторону. Остаться невыносимо, а страх увольнения держит крепче любого трудового договора: вдруг не найду ничего лучше, вдруг подведу людей, вдруг окажется, что дело во мне.
Почему так трудно уйти с работы, которая выматывает
Десять лет я работала в HR и видела эту историю с другой стороны стола: на собеседованиях, при увольнениях, в разговорах с сотрудниками, которые годами держались за место, где им было плохо. Потом, за шесть лет психологической практики, я много раз слышала её от самих людей. Почти всегда за этим тупиком стоят вовсе не лень или слабость характера, а давние внутренние правила, которые когда-то помогали справляться.
В схема-терапии такие правила называют схемами. При выгорании на нелюбимой работе чаще всего встречаются две. Схема Жёстких стандартов внушает, что отдыхать можно только тогда, когда всё сделано идеально, а всё никогда не бывает сделано. Схема Самопожертвования приучает ставить чужие нужды выше своих: нужды начальника, коллег, семьи, которой нужна ваша зарплата.
Схемы управляют нами через режимы, то есть состояния, в которые мы попадаем. Главный голос здесь у режима требовательного критика. Именно он говорит «другие же терпят», «в твоём возрасте работу не меняют», «уйдёшь, и все поймут, что ты не справилась». Пока этот голос звучит громче всех остальных, любое решение кажется предательством.
Рядом с критиком часто работает режим Послушного капитулянта: соглашаться, брать ещё одну задачу, промолчать на совещании, лишь бы не было конфликта. А когда сил совсем не остаётся, включается режим отстранённого защитника. Вы приходите на работу и действуете на автопилоте, ничего не чувствуя, а вечером не можете вспомнить, как прошёл день. Со стороны это похоже на спокойствие, хотя на деле так психика бережёт остатки сил.
Под всеми этими слоями находится режим Уязвимого ребёнка, который очень устал и очень боится. Боится остаться без денег, без опоры, без ощущения, что он нужен. Его страх настоящий, поэтому советы «просто увольняйся» на него не действуют.
В схема-терапии такие правила называют схемами. При выгорании на нелюбимой работе чаще всего встречаются две. Схема Жёстких стандартов внушает, что отдыхать можно только тогда, когда всё сделано идеально, а всё никогда не бывает сделано. Схема Самопожертвования приучает ставить чужие нужды выше своих: нужды начальника, коллег, семьи, которой нужна ваша зарплата.
Схемы управляют нами через режимы, то есть состояния, в которые мы попадаем. Главный голос здесь у режима требовательного критика. Именно он говорит «другие же терпят», «в твоём возрасте работу не меняют», «уйдёшь, и все поймут, что ты не справилась». Пока этот голос звучит громче всех остальных, любое решение кажется предательством.
Рядом с критиком часто работает режим Послушного капитулянта: соглашаться, брать ещё одну задачу, промолчать на совещании, лишь бы не было конфликта. А когда сил совсем не остаётся, включается режим отстранённого защитника. Вы приходите на работу и действуете на автопилоте, ничего не чувствуя, а вечером не можете вспомнить, как прошёл день. Со стороны это похоже на спокойствие, хотя на деле так психика бережёт остатки сил.
Под всеми этими слоями находится режим Уязвимого ребёнка, который очень устал и очень боится. Боится остаться без денег, без опоры, без ощущения, что он нужен. Его страх настоящий, поэтому советы «просто увольняйся» на него не действуют.
Что можно сделать сегодня вечером
Возьмите лист бумаги и запишите дословно, что говорит вам внутренний голос, когда вы думаете об увольнении, без смягчений, его словами. Потом представьте, что с этой ситуацией к вам пришла близкая подруга, и напишите, что бы вы ответили ей. Сравните два текста. Часто разница между ними поражает: себе мы позволяем гораздо меньше, чем любому другому человеку. Упражнение не решит вопрос с работой, но покажет, чей голос сейчас принимает решения за вас.
Когда при выгорании на работе стоит обратиться к психологу
Выгорание редко проходит само, если ничего не менять. Работа со специалистом особенно нужна, если:
- тяжесть по воскресеньям длится уже не первый месяц, а отпуск перестал восстанавливать;
- появились бессонница, головные боли или напряжение в теле, которое не уходит даже в выходные;
- раздражение на работу всё чаще выплёскивается на близких;
- вы больше полугода не можете решить, остаться или уйти.
Как проходит работа с психологом
Начинаем мы с бесплатной встречи онлайн на 30 минут. Вы рассказываете, что происходит, а я говорю, как вижу вашу ситуацию и с чего можно начать. Никаких обязательств после такой встречи нет.
Дальше идёт стабилизация. Пока вы на пределе, принимать решения о работе рискованно: из истощения обычно выбирают либо «терпеть дальше», либо «уйти куда угодно». Поэтому сначала мы снижаем накал и возвращаем хотя бы немного сил.
Затем разбираемся, какие схемы держат вас на месте и чьими словами говорит ваш внутренний критик. Нередко оказывается, что это голос из детства: «нужно быть полезной», «нельзя бросать начатое», «отдых надо заслужить». С ним мы работаем в схема-терапии, а в эмоционально-образной терапии можно увидеть, как ощущается работа в теле и в образах, и изменить этот образ.
И уже после этого, из режима здорового взрослого, приходит решение. У кого-то это разговор с руководителем и новые границы на прежнем месте. У кого-то спокойный уход с планом, финансовой подушкой и пониманием, куда двигаться дальше. Оба варианта хороши, если выбор сделан вами, а не страхом или усталостью.
Понедельник останется понедельником, но из машины вы будете выходить сразу.
Наталия Положий, психолог, схема-терапевт. Онлайн из любой страны и очно в Ростове-на-Дону.
Если вы узнали себя в этом тексте, запишитесь на бесплатную онлайн-встречу на 30 минут.
Если вы узнали себя в этом тексте, запишитесь на бесплатную онлайн-встречу на 30 минут.
